Улыбнись в камеру, педик.
Дима опустился на колени между его ног. Сёма слышал его тяжёлое дыхание. Потом грубые пальцы вцепились в тонкую резинку его стрингов и резко стянули их вниз, до середины бёдер. Прохладный воздух коснулся самой интимной, никогда не открывавшейся взглядам части его тела. Он сжался, пытаясь сомкнуть ноги, но Дима коленями грубо раздвинул их.
— Шире, шлюха, — прорычал он. Что-то холодное и скользкое коснулось его промежности. Лубрикант из той же коробки. Пальцы Димы, грубые и нетерпеливые, стали наносить его, ледяными мазками втирая в то самое место. Сёма застонал, пытаясь отползти.
— Держи его, — бросил Дима.
Артём и Влад присели рядом, придавив его за плечи и поясницу. Теперь он был полностью обездвижен.
— Пожалуйста... не надо... — взмолился Сёма, его голос был сиплым, разбитым.
— Молчи, — отрезал Дима. — Всё, красавица, готовься. Принимай гостя.
Жёсткое, тупое давление в самом неподготовленном месте. Сёма взвыл. Это была не боль, а нечто большее — ощущение насильственного вторжения, разрыва, абсолютной профанации. Он кричал, уткнувшись лицом в пол, брыкаясь, но его держали.
— О, да, — с наслаждением прошептал Дима. — Тесно... горячо... Выдь, петух!
И он двинул бёдрами вперёд, проникая глубже. Белая молния боли пронзила Сёмку насквозь. Он завизжал, высоко и не своим голосом. Казалось, его разрывают пополам.
— Вот так, ори громче! — Дима начал двигаться, резко, грубо, без какого-либо ритма, только яростные, разрывающие толчки. Каждое движение отдавалось адской болью внизу живота, в спине, во всём теле. Сёма рыдал, захлёбывался, молил о пощаде, но его крики только распаляли Диму.
— Да, сучка, так тебе и надо! — он наклонялся, его горячее дыхание обжигало Сёмкино ухо. — Ты теперь наш общий петух! Наша игрушка! Будешь помнить этот день всегда!
Удары становились всё чаще, всё неистовее. Боль начала притупляться, переходя в какое-то оглушающее, шоковое состояние. Сёма лежал, безвольно раскинувшись, его тело тряслось в такт грубым толчкам. Он смотрел в одну точку на полу, чувствуя, как внутри него что-то ломается, умирает, превращается в грязную, покорную тряпку.
— О, да, сейчас кончу прямо в эту тугую попку! — закричал Дима и, с судорожным рывком, вогнал себя до предела. Сёма почувствовал внутри новый, горячий поток, смешивающийся с болью.
Дима вытащил его, с тяжёлым вздохом удовлетворения. Сёма лежал, не двигаясь. Из него что-то вытекало, пачкая чулки и пол.
— Ну что, красавица, понравилось? — Дима шлёпнул его по красной, воспалённой коже. — Теперь ты настоящий педик. Поздравляю.
Его отпустили. Сёма не мог пошевелиться. Он лежал, чувствуя, как боль накатывает новой, пульсирующей волной. Платье было задрано, стринги спущены, он был покрыт потом, слезами, спермой и лубрикантом. Полная картина разврата и унижения.
— Влад, твой черёд, — сказал Артём, снова усаживаясь на диван, как режиссёр, наблюдающий за спектаклем. — Чего хочешь?
Влад, который всё это время молча наблюдал и надрачивал, подошёл. В его глазах не было дикой жестокости Димы, но было холодное, расчётливое любопытство.
— Я хочу посмотреть ему в глаза, — тихо сказал Влад. — Переверни его.
Артём и Дима перевернули Сёмку на спину. Он не сопротивлялся. Его глаза были пустыми, стеклянными, слёзы высохли, оставив только грязные дорожки на щеках. Платье сползло, обнажив плоскую грудь.
— Подними ему ноги, — скомандовал Влад.
Ему подняли ноги, согнув в коленях, раздвинув их. Снова унизительная, открытая поза. Влад встал между них на колени. Он был уже готов. Он взял свой член, направил его к ещё не остывшему, растянутому и болезненному месту.
— Смотри на меня, петух, — приказал Влад. Его голос был спокоен, почти ласков, и от этого было ещё страшнее. — Смотри, как я тебя трахаю.
И он вошёл. Боль была уже знакомой, но от этого не менее острой. Сёма застонал, но не закрыл глаз. Он смотрел в холодные, оценивающие глаза Влада, который медленно, почти методично начал двигаться.
— Вот так, — говорил Влад, не отрывая взгляда. — Ты теперь не Сёма. Ты наша шлюха. Наша общая сучка. Запомни это. Каждый раз, когда ты будешь смотреть в зеркало, ты будешь видеть вот это. Себя под нами. Себя, принимающего наши хуи.
Влад не торопился. Он растягивал процесс, меняя угол, глубину, скорость. Он изучал реакции на его лице, как учёный изучает подопытного.
— Интересно, — сказал он наконец, учащая движения. — А если бы твои одногруппники видели тебя сейчас? Что бы они сказали? Что бы сказала твоя... ну, та, которая тебе нравится?.
Эти слова добили его окончательно. Сёма закрыл глаза, но Влад тут же шлёпнул его по щеке.
— Я сказал, смотри!
Пришлось открыть. Влад кончил, не меняя выражения лица, просто с лёгкой судорогой в уголке рта. Он вытащил и отошёл, вытираясь.
Сёма лежал, разбитый, опустошённый. Он думал, что всё кончено. Но Артём поднялся с дивана.
— Что, думал, на этом всё? — он усмехнулся. — Нет, красавица. Вечер только начался. Мы с тобой ещё много чего попробуем. Вставать будешь только тогда, когда мы все решим, что с тебя достаточно. А пока... — он потянулся к коробке. — У меня есть ещё кое-какие идеи.
Из коробки он достал пару наручников с мягкими манжетами и длинный, чёрный, изогнутый фаллоимитатор на ремне.
— Дима, Влад, — сказал Артём, и в его голосе зазвучала весёлая, безумная нотка. — Давайте пристегнем нашу невесту к батарее. А потом... потом мы поучим её, как надо правильно развлекать компанию. Со всеми отверстиями. И чтобы она сама
Порно библиотека 3iks.Me
541
17.12.2025
|
|